ДАНИИЛ ГРАНИН:
«Человечество не испытывает недостатка в знаниях, оно испытывает недостаток доброты»

ДАНИИЛ ГРАНИН:
«Человечество не испытывает недостатка в знаниях, оно испытывает недостаток доброты»

slider ba 2

«Молодой Петербург» глазами неофита

Мой спонтанный переезд в Петербург окончательно выбил меня из привычной колеи; мне было важно найти для себя поэтическую среду – поэзия всегда была для меня единственным спасательным кругом. Ещё до приезда я решила позаботиться о том, к кому и куда я приду и, наткнувшись на сайт Дома писателя, прочла о каждом из литературных объединений и выписала те, которые, как мне казалось, будут интересны. Я отслеживала афишу и посетила каждое объединение из своего списка. Мои впечатления варьировались, постепенно вырисовывая поэтический портрет и творческую атмосферу этого города.

Двадцать пятого января я пришла в Дом писателя на мероприятие, объединившее литературный вечер к Дню российского студенчества и заседание литературного общества «Молодой Петербург» при Союзе писателей России. В начале мероприятия Роман Круглов рассказал гостям Дома писателя о его работе, а Союзе писателей России и Совете молодых литераторов. Были затронуты актуальные вопросы литературного процесса – обзор крупных литературных конкурсов и фестивалей. Алексей Ахматов рассказал о ближайших планах работы объединения «Молодой Петербург», о готовящейся церемонии вручения одноименной литературной премии.

Основная часть заседания была посвящена обсуждению стихотворений. Александр Новиков, руководитель молодежного литературного кружка «Зеленая книга», прочёл три свои стихотворения. Критические замечания собрания касались, в основном, чрезмерной литературности – по мнению участников лито, традиция 19 века в стихах превалирует над самостоятельным голосом автора. Лев Гольдин посоветовал автору больше читать современников и авторов второй половины 20 века. Александр с благодарностью принял критику и согласился, что недостаточно знаком с современными авторами, однако признался, что из 20 века больше всего любит Блока и Гумилёва.

Затем я вызвалась читать. Было тихо, я легко концентрировалась на строке и голосе, попутно разглядывая каждого из сидящих. Доброжелательные улыбки и взгляды помогали чувствовать себя увереннее. На протяжении моего выступления, внимательно слушая, люди что-то улавливали и записывали в свои блокноты. Я знала, что предстоит серьезная беседа.

Всего за несколько минут моего выступления в моём творчестве нашли недостаток, о котором я знала, но не могла его конкретизировать достаточно долгое время. Я удивилась, насколько точно и правильно меня поняли, до этого я нигде не видела такой точности и глубины понимания.

На материале моих стихов мы говорили о законах поэзии в целом. Меня очень порадовало отсутствие кричащего «псевдобратства», приходя в которое я по-своему обыкновению не находила способа влиться, стать частью коллектива. Замечательно, когда среди несколько скрупулезной работы со словом находится место приятной литературной шутке, доброй беседе. Именно это и создаёт атмосферу, необходимую для творческого труда.

После меня слово взял Лев Гольдин. Когда он начал читать стихи, строки показался мне наивными и, в то же время, богатыми глубокими образами. Моё поверхностное впечатление постепенно уточнялось в ходе обсуждения, а когда я познакомилась с книгой Льва «Солнце в кладовке», моё мнение кардинально поменялось. Мне показалось, автор знает то, о чём не знает никто из нас; создалось ощущение, что, если бы ему предложили перешагнуть грань реальности и с головой нырнуть в тайную жизнь предмета и природы, то он предпочёл бы остаться благоговейным сторонним наблюдателем – он никогда не будет писать пафосно, слишком заигрываясь.

Произведения Льва вызвали в зале массу положительных эмоций, но также и ряд предложений, советов по поводу исправления спорных мест. Автор очень серьёзно и трезво отнёсся к этому, советовался и делал заметки.

Елизавета Клейн представила новое произведение, в котором поднималась актуальная тема взросления человека, тема тоски об уходящем времени. Несмотря на неточности, с самого начала и до конца сохранялась динамика и живой ритм стихотворения, который вовсе не предвещал грустной развязки. У самой Елизаветы изначально было два варианта завершения, один из которых, по мнению большей части аудитории, получился вернее:

Нам будут верить, ведь мы – герои,
Мы те, кто знает и те, кто строит,
Мы живы, значит, чего-то стоим,
И к чёрту любую грусть.

Последней выступала Любовь Хомутова, которая представила светлое стихотворение о Петербурге, юмористическую зарисовку о поэтическом ремесле и стихи о матери. Строки о столице были наполнены образами, иногда настолько тесно, что они мешали друг другу. Роман Круглов заметил, что тема любви к городу в формате признания чрезмерно широко распространена в поэзии, что её стоило бы показать в необычном ракурсе или оставить вовсе. Остроумные находки второго текста были встречены более благосклонно. Стихотворение о матери вызвало множество положительных откликов. Нервность, желание услышать голос матери в телефонной трубке на фоне непреодолимого волнения сделали атмосферу произведения живой.

Вечер подошёл к концу. Я унесла с собой замечательные впечатления и подаренные сборники стихотворений с подписями авторов. Меня пригласили прийти ещё, а значит, мы обязательно встретимся и, возможно, я тоже посвящу себя работе в «Молодом Петербурге», как посвятили себя эти замечательные люди.

Анастасия Раева